Непопутный ветер: как Россия субсидирует разную генерацию и к чему это приведет

22.04.2020
Непопутный ветер: как Россия субсидирует разную генерацию и к чему это приведет

Пандемия короновируса вызвала шок в мировой экономике и, судя по всему, изменила мир. Это создает как риски, так и возможности для развития зеленой энергетики, которая в последние годы переживает взрывной рост.

С одной стороны, кризис на рынке может отвлечь правительства, бизнес-лидеров и инвесторов от развития отрасли, допускает Международное энергетическое агентство. Рухнувшие цены на нефть серьезно снизят стимулы для повышения энергоэффективности и могут отсрочить Энергопереход к безуглеродным источникам энергии.

С другой стороны, некоторые эксперты считают, что в долгом карантине люди привыкнут тратить мало энергии, и спрос на нее так и не восстановится до предыдущих значений. Падение потребления приведет к автоматическому росту доли ВИЭ в региональных энергосистемах, перебросив мир на 10 лет в будущее без всяких дополнительных инвестиций, указывает МЭА.

При этом правительства могут включить в планы по реабилитации своих экономик меры поддержки солнечных и ветряных технологий, сделав их еще более привлекательными для инвесторов.

«Солярка» проанализировала, какие виды генерации в это переходное время поддерживает Россия и во сколько такой выбор обойдется стране в будущем.

Источники электричества в России и в мире

За последние десять лет глобальная электроэнергетика пережила революцию. Еще в 2008 году, по данным BP, почти 90% электроэнергии вырабатывалось из ископаемого топлива, а выработка солнечных и ветровых электростанций была так мала, что не попадала в статистику. В 2018 году зеленые электростанции вырабатывали уже больше 9% всей электроэнергии, АЭС и ГЭС - по 10%  и 15% (полные данные за 2019 год пока не опубликованы).

 В России за тот же период почти ничего не изменилось: атомные и гидроэлектростанции  отняли у тепловых всего несколько процентных пунктов выработки. В результате в 2018 ТЭС вырабатывали 63% электроэнергии, АЭС и ГЭС  - 19% и 17% , а ветроэнергетические системы и солнечные электростанции - 0,9%.

Глобальная энергетика продолжит быстро меняться. По прогнозу ООН, в 2019 году мировые инвестиции в ВИЭ составили $2,6 трлн —  в три раза больше, чем в предыдущие десять лет. К 2040 году на от 30% до 50% всей выработки будет приходиться на зеленые источники энергии, ожидает Международное энергетическое агентство (МЭА).

В России установленная мощность ВИЭ в 2024 году достигнет 5,4 ГВт (примерно 2% всей мощности), перспективы развития отрасли не ясны.

Субсидии для всех желающих

Строительство большей части электростанций в мире пока невозможно в условиях рынка. По данным МЭА, во всем мире правительства прямо или косвенно влияют на более 70% глобальных инвестиций в энергетический сектор.

Россия в качестве универсального инструмента развития энергетики использует повышенный платеж за мощность и крайне редко — прямые бюджетные инвестиции. Высокий платеж за мощность может устанавливаться в рамках договоров о предоставлении мощности (ДПМ), в виде надбавки к цене мощности или директивно.

По этой схеме оптовый рынок (средние и крупные потребители, за исключением населения) оплачивают строительство новой тепловой генерации, АЭС и ГЭС, модернизацию энергосистемы, субсидирует низкие тарифы на Дальнем Востоке, поддерживает работу  неэффективных, но нужных регионам электростанций и тд (см график 2). 

Таким же образом государство развивает и зеленую энергетику. С 2013 года в России применяется механизм ДПМ на ВИЭ, в рамках которого государство обязывает инвестора построить зеленые электростанции, а потребителей — заплатить за них, обеспечив инвестору доходность на инвестированный капитал и возврат инвестиций в течение 15 лет.

Но, используя одинаковую схему поддержки, государство все-таки субсидирует одни виды генерации больше других. 

Например, формулы расчета доходности для ДПМ на строительство тепловых ТЭС, ДПМ на их модернизацию и ВИЭ идентичны. Но базовые ставки доходности в этих формулах разные.

Для первой программы ДПМ государство установило базовую доходность в 15-14%, для второй — 14%, для ВИЭ — 14% для объектов, которые были отобраны на конкурсах до 2016 года, и 12% - для остальных.

В результате в 2020 году с учетом средней доходности долгосрочных ОФЗ в 7,6% (также используются в формуле) фактическая доходность на инвестированный капитал для владельцев новых ТЭС и модернизированных энергоблоков составит 13%-14%, а для ВИЭ — 11%.

Ниже доходность только у инвесторов в АЭС и ГЭС — в 2020 году при тех же условиях она составит 9,6%.

Стоимость 1 МВт «вынужденной» генерации в 2020 году обойдется рынку в среднем дороже, чем мощность старой тепловой генерации, но дешевле, чем ДПМ на ТЭС: для таких энергоблоков ФАС установила цены в 0,8-1,1 млн руб за МВт.

Чем дольше светит солнце, тем дешевле: как меняется цена «зеленой» энергии

Первоначально в качестве мер поддержки правительства использовали в основном так называемые льготные тарифы для ВИЭ (Feed-in tariffs, FITs) и обязывали потребителей покупать «зеленую» энергию по высокой цене. Такие тарифы до сих пор действуют в некоторых странах, например, Китае — одном из лидеров по инвестициям в зеленую энергетику.

Но в последние годы к тарифам добавились более рыночные механизмы развития отрасли: дешевые кредиты и налоговые льготы в США и Индии, зеленые сертификаты в Индии, Австралии и Швеции.

В 2017-2018 годах, по данным IRENA, порядка 50 стран привлекали инвесторов в ВИЭ через аукционы, причем многие (например, страны Африки) проводили их впервые, ориентируясь на положительные результаты в мире и не имея специального опыта и компетенций.

По итогам аукционов с победившим инвестором, как правило, заключается соглашение о поставке энергии (power purchase agreements, PPA), цена в нем фиксированная, срок действия - от 10 до 20 лет.

В результате страна зачастую получает рекордно низкие цены. Например, в Катаре в 2020 году консорциум французской Total и японской Marubeni Corp согласились построить солнечную электростанцию на 800 МВт, электроэнергия которой обойдется потребителям всего в $0.016/kWh (1,2 руб/кВт-ч)

Кроме того, значительно вырос рынок корпоративных покупок зеленой энергии.

В 2019 году, по данным Bloomberg New Energy Finance (BNEF), объем PPA, которые заключили корпорации, в мире подскочил на 40% до 19,5 ГВТ, а всего с 2008 года компании заключили договоры более чем на 50 ГВт.

Большая часть сделок пришлась на США (13,6 ГВТ). Причем с 2018 года к технологическим гигантам Google u Microsoft, которые заключили первые PPA больше 5 лет назад, парадоксальным образом присоединился, например, мэйджор нефтегазового рынка - ExxonMobil, которая будет покупать 500 МВт солнечной и ветряной мощности для добычи нефти в Пермском сланцевом районе.

Одна из причин перехода от стандартных feed-in тарифов к рыночным механизмам - снижение стоимости производства солнечной и ветряной электроэнергии.

За последние десять лет, по данным ООН, стоимость солнечных электростанций упала на 81%, береговых и морских ветряных — примерно на 45%. Глобально миру уже неважно, откуда получать электроэнергию: из угля, газа или солнца и ветра, цены достигли сетевого паритета, рассказывала Татьяна Митрова в 2019 году.

Отдельным странам зеленая энергетика обходится уже дешевле традиционной: в 2019 году, по данным Lazard, полная приведенная стоимость электроэнергии ветряков и солнечных электростанций (LCOE) упала ниже, чем стоимость газовых и угольных энергоблоков.

По данным International Renewable Energy Agency (IRENA), в 2018-2019 годах полная стоимость зеленой электроэнергии была ниже на 26-57%, чем текущие цены на электроэнергию в 8 из 10 регионах мира. В Латинской и Северной Америках, некоторых странах Европы и Азии дисконт превышал 50%.

В России сохраняется мировой тренд. Пока страна использует начальные механизмы поддержки ВИЭ — обязательство для потребителей платить за зеленую энергию с надбавками.

Инвесторы в «зеленую» энергетику просят правительство продлить стимулы в виде ДПМ, еще на 10 лет — до 2035 года. Но новая программа обойдется потребителям дешевле на 40-50%, следует из данных профильных ассоциаций. Теперь инвесторы планируют построить 7-9 ГВт, а стоимость программы в номинальных цифрах составит 1,4 трлн руб. Доля в конечной цене электроэнергии составит 2,4% вместо 3,3%.

Кроме того, в 2030-2035 годах, говорят опрошенные эксперты, полная приведенная стоимость электроэнергии ветряков и солнечных электростанций в России достигнет конкурентоспособности с традиционной генерацией.

Государство тем временем пытается внедрять другие механизмы поддержки ВИЭ.

Например, в следующем году Минэнерго планирует запустить в России систему «зеленых» сертификатов: производители ВИЭ будут их получать и продавать потребителям, выпускать и погашать сертификаты планирует «Совет рынка».

Это создаст условия для привлечения инвестиций за счет активизации добровольного спроса на зеленую электроэнергию, указывало Минэнерго.

Но что самое главное в этой инициативе - система поможет российским производителям, которые экспортируют энергоемкую продукцию. Страны-импортеры ужесточают углеродное регулирование, отдавая предпочтение товарам с низким углеродным следом (снизить его можно в том числе за счет покупки такого сертификата).


Что получает экономика России

Субсидируя за счет промышленности те или иные объекты генерации, государство, помимо гарантированных инвестиций получает разные эффекты для отрасли и экономики в целом.

Например, в случае первой программы ДПМ потребители платили в первую очередь за энергобезопасность. Эту же цель преследует и ДПМ на модернизацию, хотя и с менее очевидным эффектом. Дорогой платеж за ВИЭ позволяет, в первую очередь, развивать новые технологии на стадии НИОКРа и производства, увеличивать  несырьевой экспорт.

  1. Программа ДПМ ТЭС

Порядок инвестиций: 1-1,5 трлн руб в ценах 2010 года.

Развитие технологий: обязательства не установлены.

Эффект для экономики:

  • увеличение вдвое загрузки предприятий энергомашиностроения
  • объем экспорта энергетического оборудования по итогам 2018 года — 131 млрд руб., по данным РЭА Минэнерго.
Эффект для энергобезопасности:
  • Устранен риск дефицита мощности, введено 30 ГВт новой эффективных энергоблоков с КИУМ 60% (выше среднего). Количество аварий на крупных электростанциях уже в 2017 году снизилось на 16% к 2011 году, оценивал бывший глава РАО «ЕЭС России» Анатолий Чубайс.
  • Вместе с тем в 2018 году Россия продолжала импортировать от 80% до 100% наиболее значимого оборудования: газовых турбин средней и большой мощности, электронных компонентов для оборудования, системы учета и тд., указывало РЭА Минэнерго.
  • Отсутствие собственной газовой турбины большой мощности стало одной из причин введения международных санкций против российских компаний, чиновников и менеджеров в 2017-2018 годах после поставки в Крым газовых турбин Siemens.

2. Программа ДПМ модернизации ТЭС
Порядок инвестиций: 1,3 трлн руб

Развитие новых технологий: не предусмотрено

Эффект для экономики: 
      • Позволит модернизировать около 40 Гвт старых мощностей, загрузить энергомашиностроительные предприятия. Инвестиции в энергомашиностроение со стороны генерирующих компаний, по данным Минэнерго, составят порядка 1,9 трлн до 2035 года.
Эффект для энергобезопасности:

    • «Омоложение» фонда тепловых электростанций. В стране самые старые ТЭС в мире:  средний возраст составляет около 35 лет, больше трети электростанций старше 45 лет.
3. Программа ДПМ ВИЭ

Порядок инвестиций: 0,7-1,3 трлн руб до 2035-2050 годов
Развитие технологий:
      • По данным Минэнерго, создана полная кооперационная цепочка – от науки и производства солнечных модулей до строительства и эксплуатации СЭС. Оборудование для солнечных электростанций локализовано на 70-100%
      • На базе российских технологий создано высокотехнологичное производство фотоэлектрических модулей с КПД ячейки более 23%
      • Производители наращивают экспортные поставки солнечных элементов и модулей, участвуют в реализации зарубежных проектов
      • Происходит трансфер наиболее сложных инжиниринговых решений с высоким потенциалом спроса – в России построены первая плавучая СЭС в Амурской области, крупнейшая в Европе сетевая СЭС с промышленным накопителем энергии, гибридные электростанции на труднодоступных территориях
      • Оборудование для ветроустановок локализовано на 65%, в случае продления программы  - до 90%
      • В 2020 году планируется запустить предприятия по производству оборудования для редукторных и безредукторных ветроустановок: башен, гондол, генераторов на новых предприятиях «Фортума», «Роснано», Vestas, Enel, «Сименс Технологии Газовых Турбин», «Росатома»
Эффект для экономики:
      • Спрос на инвестиции в новые производства и НИОКР - 40-70 млрд руб до 2035-2050 года.
      • Экспорт оборудования для солнечных электростанций и инжиниринговых услуг в области солнечной энергетики с 2017 года.
      • Объем экспорта к 2024 году - 25 млрд руб, в случае поддержки второй волны ДПМ — более 200 млрд руб.
      • В долгосрочной перспективе частичное смягчение негативных эффектов глобального Энергоперехода (к безуглеродным источникам энергии) на экономическую устойчивость страны (снижение экспорта углеводородов и геополитического влияния)
Эффект для энергобезопасности:
      • Не принципиален

Мировая энергетика через 20 лет
Мир стоит на пороге четвертого Энергоперехода (от ископаемого топлива к безуглеродным источникам энергии), рассказывала в конце 2019 года Директор Центра энергетики Московской школы управления «Сколково» Татьяна Митрова. В отличие от предыдущих (от биомассы к углю, от угля к нефти и тд), у него больше драйверов: к двум традиционным (государственная политика и технологии) прибавилась глобальная климатическая повестка, указывала эксперт.

Мир пытается удержать температуру Земли в пределах 1,5-2 градусов по Цельсию, в результате не только государства, но и отдельные регионы (например, штаты США), города, корпорации и институты формируют мощный спрос на чистую энергию.

По данным НП «Совет рынка», уже к 2018 году потребители в 75 странах мира добровольно покупали около 500 млрд. кВт·ч ежегодно — то есть больше, чем потребляет Франция. Доля добровольных покупок в мире достигла 13% от всего объёма «зелёной» генерации, в том числе в США — 26%, в Европе — 32% (см. Врез) Потребители готовы покупать больше, но им не хватает подходящих договорных инструментов и более совершенного правового регулирования, указывало НП.

Влияние пандемии короновируса на текущие глобальные изменения в энергетике еще предстоит оценить, сходятся во мнении международные эксперты. МЭА уже призвало государства не сворачивать с безуглеродного пути. По мнению агентства, страны должны включить меры поддержки для ВИЭ в свои планы по реабилитации экономик после кризиса и таким образом убить двух зайцев: восстановить производство и быстрее перейти на чистую энергию.

Как государства и инвесторы выбрали солнце и ветер

ЕС объявил о намерении стать первым  углеродно-нейтральным регионом к 2050 году, Япония и Канада сократят выбросы  на 73‒78%. США планировали выйти из Парижского соглашения (устанавливает нормативы по снижению выбросов), но штаты, города и корпорации продолжают активно развивать зеленую энергию. В 2020 году три четверти генерации, построенной в США, придется на зеленые источники энергии.

Больше 100 городов объявили о намерении стать углеродно нейтральными к 2050 году, некоторые хотят достичь цели раньше: Стокгольм — к 2040 году, Копенгаген — к 2025 году, а Ливерпуль — уже в этом году.

Цели по достижению нулевых выбросов к 2050 году принимают и крупные корпорации — Maersk, BP, Volkswagen; недавно об этом заявила и российская нефтяная компания ЛУКОЙЛ. Amazon объявил о том, что переходит на зеленую доставку товаров и стал крупнейшим владельцем электромобилей в Европе.

Деньги также перетекают в чистую энергию. По данным организации Fossil Free, к настоящему времени уже 1192 организации (религиозные, учебные, государственные и тд), а также 58 тыс частных инвесторов, которые в совокупности владеют активами на $14 трлн, присоединились к бойкоту инвестиций в ископаемое топливо (так называемые "дивестиционные обязательства" - divestment commitments).

Крупные инвестиционные фонды теперь продают акции компаний, чья экологическая политика не соответствует их видению, указывал Газпромбанк. Летом 2019 г. британская Sarasin & Partners продала около 20% доли в Shell, объяснив, что разочарована климатической стратегией компании и крупными инвестициями в ископаемое топливо.

Банки объявляют о том, что больше не будут кредитовать углеродные проекты.


Как Энергопереход скажется на России

Российская энергетика так или иначе будет меняться под давлением внешнего мира: нефтегазовым компаниями придется утилизировать больше СО2, строить локальную зеленую генерацию или финансировать высадку лесов, как минимум для того, чтобы не спровоцировать распродажу собственных акций. Как максимум — чтобы иметь возможность продолжать поставлять потребителям ископаемые ресурсы, включая газ, который Россия считает чистым топливом.

Например:

  • Амстердам в течение десяти лет планирует полностью отказаться от газа и уже начал демонтаж распределительных газовых сетей.
  • Япония закупила у Shell «зеленый» СПГ, к которому приложены сертификаты, подтверждающие высадку лесов. Этому принципу следует и сингапурская Pavilion Energy Pte Ltd., которая в 2020 году попросила производителей СПГ указывать в заявках на продажу объемы выбросов СО2 на каждое СПГ-карго.
  • Техасская Accidental Petroleum начала поставки декарбонизированной нефти (компенсирует углеродный след, закачивая CO2 в пласт).

По мнению экспертов «Сколково», «запрыгнуть» в Энергопереход Россия сможет, подняв цены на газ в 1,5-1,7 раза для всех потребителей, кроме населения: в этом случае начнется активный рост энергоэффективности, появятся экономические стимулы для развития ВИЭ и производства водорода.

Страна могла бы стать крупным экспортером как технологий ВИЭ-генерации, так и зеленой электроэнергии, в том числе из водорода, если «быстро включится». Пока мы обсуждаем, не сделать ли нам водородную дорожную карту, Япония уже начала импорт из Австралии и Новой Зеландии, рассказывала Митрова.

Но в нынешних условиях сценарий почти не реализуем, признает Митрова. Повышение цен на газ приведет к крайне болезненным социальным и политическим последствиям.

Другая проблема: пока большинство представителей государства и экспертного сообщества не верят в то, что мир изменился. «Обычно нам начинают рассказывать, как прекрасен уголь и какой он двигатель технического прогресса», рассказывала эксперт.

В консервативном сценарии развития мировой энергетики, который «Сколково» подготовило в 2019 году, через 20 лет экспорт энергоресурсов России вырастет всего на 1% в объемных показателях и на 45% в денежных. В случае реализации сценария «Энергопереход» экспорт упадет на 15 %, выручка — на 17 %.

Отставание от энергоповестки, по оценкам «Сколково», может подорвать и политическое влияние России. Если раньше главным активом государств были ископаемые ресурсы и географическое положение, теперь им могут стать технологии.


Нефть вместо солнца: как государство помогает сырьевым компаниям

В 2019 году федеральный бюджет получил от нефтегазовой отрасли 8 трлн руб или почти половину всех доходов. Нефтяники неоднократно жаловались на высокую налоговую нагрузку и добивались льгот от государства.

С учетом ожидания скорого пика потребления нефти отрасль должна скорее следовать стратегии выхода: спрос на сырье будет падать, указывало «Сколково». Нефтегазовые доходы России, по данным экспертов энергетического центра, к 2040 году «схлопнутся» в два раза.

Тем не менее государство продолжает предоставлять нефтяникам крупные льготы на разработку запасов, качество которых с каждым годом становится все хуже, а разработка — все дороже.

В 2017 году «Роснефть» договорилась о вычете из НДПИ для Самотлорского месторождения на 350 млрд руб за 10 лет, и уже больше года пытается добиться льгот для гигантского Приобского месторождения (600 млрд руб за 10 лет для участков «Роснефти» и «Газпром нефти»). Правительство утвердило масштабную программу налоговых стимулов для развития Арктики, в том числе сырьевых проектов.

По оценкам Минфина, к 2033 году из-за ухудшения запасов доля льготируемой нефти в России практически удвоится и составит 90%, выпадающие доходы бюджета вырастут до «астрономических» 2,3 трлн руб.


Возврат к списку